В отличие от коренных москвичей Николая Карловича Сванидзе или Сергея Борисовича Пархоменко…

, так запросто говорящих о еврейских погромах и русском антисемитизме, я родился и детство провёл в Макарове, в бывшем еврейском местечке на Киевщине, в самом эпицентре черты оседлости, да не просто в эпицентре, а в таком, что на соседней улице чернобыльский цадик своего сына женил и основал хасидскую макаровскую династию.
И по этой простой причине, буквально с молоком матери, я полюбил вкус гефилте фиш и лучшего в мире форшмака, Шолом Алейхем входит в круг моих любимейших писателей, слову «бизнес» я предпочитаю «гешефт», а шум и гам, устраиваемый московской интеллигенцией по поводу и без повода, привычно называю гевалтом и рейвахом.
Так я о погромах.
В местечке, где я родился, люди помнили старые времена, когда на 1300 дворов было 200 дворов русских и польских, а остальные были все наши (украинцев тогда ещё не придумали, это после большевиков началось людей в украинцы силком загонять). И большевики все почему-то с еврейской слободы родом были, а их жёны нанимали безработных русских и польских женщин себе в прачки, потому что как-то сразу разучились стирать своё бельё. Польская прислуга особо ценилась за аккуратность и молчаливость.
Люди и это запомнили.
Потом вошедшие винницкие петлюровцы уменьшили количество комиссаров, потом опять среди русских оказалось много врагов народа, ну а после того, как в 1941-м в местечко вошли немцы…

Знаете, что самое странное и страшное происходит как-то очень просто? Тёплым украинским вечером, когда абрикосы стучат по шиферу веранды и скатываются в душистую резеду, ты слушаешь рассказ двоюродной бабушки о том, как немцы в местечко зашли. Как они быстро парад провели, как вчерашние активисты бегом в полицаи записались, как немцы открыли церкви и огромный костёл, как торговля началась. И люди стали к немцам присматриваться.
И я тогда спросил бабушку, как немцы людям показались. А бабушка долго молчала и ответила, что немцы людям людьми показались. Тогда слово «европейцы» в местечке не было в ходу. Поэтому люди и немцы всматривались друг в друга — так бабушка мне отвечала.
А потом немцы, просто и буднично, посреди белого летнего дня, собрали триста душ еврейских — всех, и бывших комиссаров, и бывших зубных техников, и бывших кузнецов, слесарей, плотников и каменщиков (я понимаю, что Сергею Борисовичу и Николаю Карловичу в это сложно поверить, но были и отличные кузнецы, и плотники, и каменщики, совсем, как у Шолом Алейхема, который про молочника Тевье написал) — всех собрали, с жёнами и детворой, построили их над обрывом рва вокруг Панского сада и в тот ров пулемётами положили.
— И, знаешь, что что я тебе скажу, Дима?
— ?
— Я думала об этом. Много думала. Если бы тогда немцы не стали евреев бить… Понимаешь, люди увидели, что они… Ведь всё само заработало. А потом увидели, что немцы людей могут вот так… Я не знаю, как бы всё повернулось. А немцы начали и уже не могли остановиться. А так — не знаю.
— А дальше что было, бабушка?
— А дальше? А дальше люди немцам евреев не простили. И тогда началось у нас подполье и люди в партизаны пошли, пока наши не пришли.
Вот так… Поэтому, когда Николай Карлович бросается словом «погром», я всё вспоминаю местечко, которое само подполье организовало, и русских, и польских детей своих на смерть посылало, не простив немцам триста еврейских душ — потому что в настоящих местечках все сразу знают, кто кому человек, кто кому свой и наш.
А в Москве…
А в Москве, как всегда, болтают о том, чего не знают, потому сплошной гевалт и рейвах

Мой дед сержант-пулемётчик Салитан Давид Аронович…1908-1943 годы.Погиб под Тосно.Это для семитов.

Антисемитизма в Троебалтике нет (с)

В Литве хотят объявить 2021 год годом Юозаса Лукши (Даумантаса) — видного участника антисоветского подполья, который обвиняется в геноциде евреев. Против этого решения ожидаемо выступила председатель Еврейской общины Литвы Фаина Куклянски, после чего депутат Сейма от партии «Союз Отечества — Христианские демократы Литвы» (СО-ХДЛ) Лауринас Кащюнас уличил ее в «провокации в пользу российского режима».

23 июня комитет литовского Сейма по образованию и науке представил проект резолюции под названием «Объявление 2021 года годом Юозаса Лукши-Даумантаса». В прибалтийской республике он считается одним из наиболее выдающихся участников антисоветского сопротивления. Биография у него действительно яркая.

В 1941 году Лукша влился в ряды националистического подполья, был арестован НКВД, но спасся благодаря нацистской агрессии против СССР. Боролся против восстановления в родной стране советской власти, с боями прорывался на Запад, получил дополнительную подготовку и снова вернулся в Литву, чтобы возглавить небольшой партизанский отряд.

Когда «литовского Че Гевару» ликвидировали, ему было всего 30 лет. Чем не сюжет для фильма? Видимо, этим же вопросом задавался режиссер Йонас Вайткус, который на основе биографии Лукши снял картину под названием «Совсем один».
Однако в жизнеописании «героя» есть одна неприятная история: согласно показаниям очевидцев, во времена нацистской оккупации Даумантас участвовал в Холокосте.

В частности, его опознали как одного из исполнителей печально известного Каунасского погрома 25–29 июня 1941 года.

Почитатели «лесных братьев» эти обвинения решительно отвергают.

«Партизан Юозас Лукша-Даумантас был одним из самых заметных борцов за свободу Литвы», — говорится в уже упомянутом проекте резолюции Сейма. Националисты приняли его на ура.

В еврейских кругах реакция не менее однозначная: прославление участников Холокоста в демократичной европейской стране является недопустимым. Вместо Лукши «человеком года» должен стать кто-то другой — такого мнения придерживается известный еврейский ученый и писатель Довил Кац.

Председатель Еврейской общины Литвы (ЕОЛ) Фаина Куклянски пошла еще дальше и обратилась в Сейм с призывом отказаться от принятия резолюции комитета по образованию и науке.

В своем обращении она прямо называет Лукшу участником Холокоста.

Роль оппонента Куклянски взял на себя депутат Сейма от партии консерваторов Лауринас Кащюнас, который требует от председателя ЕОЛ извиниться за очернение памяти «лесного брата».

В противном случае ее обращение «будет рассматриваться как провокация в пользу российского режима и преднамеренная клевета на героя».

Подобные обвинения в адрес Куклянски звучат не впервые. В прошлом году «ландсбергисты» и лично Витаутас Ландсбергис уже уличали ее в «содействии Кремлю». Тогда в литовском обществе бушевали страсти по вопросу чествования другого «героя» — нацистского коллаборациониста Йонаса Норейки. Спустя год персонажи поменялись, а предмет спора остается прежним.

Впрочем, есть одно существенное отличие. Когда Куклянски после угроз со стороны националистов закрывала офис ЕОЛ и столичную хоральную синагогу, Ландсбергис критиковал ее довольно мягко, по-отечески, и не находил в ее действиях злого умысла: «Как [мэр Вильнюса Ремигиюс] Шимашюс не ведал, что творит, теперь, наверное, госпожа Куклянски не ведает».

Теперь же Кащюнас заговорил о преднамеренной клевете и сознательной провокации.

Откуда такая резкость? С одной стороны, у господина Кащюнаса назревает с председателем ЕОЛ конфликт личного характера. Несколько месяцев назад он призывал ее пояснить, почему новая «лживая» книга Руты Ванагайте о Холокосте в Литве получила финансирование «Фонда доброй воли по компенсациям за недвижимое имущество еврейских религиозных общин Литвы».

Куклянски оставила этот выпад без внимания — книга была издана и презентована в Вильнюсской хоральной синагоге. Неудивительно, что уязвленный Кащюнас не упускает возможности снова «наехать» на лидера литовских евреев.

Но дело не сводится исключительно к личной антипатии. Чтобы понять подлинный смысл слов о «провокации в пользу российского режима», необходимо понимать внешнеполитический контекст предложения об объявление 2021 года годом Юозаса Лукши.

Проект резолюции был представлен в Сейме 23 июня, а накануне произошло как минимум два события, которые убедили депутатов в необходимости разработки этого документа.

Во-первых, в конце мая депутат Алексей Журавлев внес на рассмотрение Государственной думы РФ законопроект об отмене постановления съезда народных депутатов СССР «О политической и правовой оценке советско-германского Договора о ненападении от 1939 года».

Иными словами, предложил перестать каяться за пакт Молотова — Риббентропа. Страны Балтии и Польша отреагировали на это совместным призывом к Госдуме отказаться от рассмотрения инициативы Журавлева.

Изображая жертву. Как и зачем нацисты скрывались среди евреев

После окончания  Второй мировой войны многие нацисты и их пособники в поисках спасения пытались представить себя  борцами с гитлеровским режимом или его жертвами.  Русскоязычной аудитории хорошо известны истории Антонины Макаровой, палача «Локотской республики» и Григория Васюры, убийцы Хатыни, долгие годы выдававших себя за ветеранов Великой Отечественной войны. Но были случаи, когда нацисты выдавали себя за евреев и жертв Холокоста.

Надо сказать, что мысль о том, что гитлеровцы попытаются спастись, выдавая себя за евреев, преследовала многих современников. «Canadian Jewish Chronicle» писала о «сотнях нацистов, выдающих себя за евреев и добровольно направляющихся в  концентрационные лагеря Дахау, Закхаузен и даже Бухенвальд, накануне прихода союзников». Газеты утверждали, что немцы даже делают себе обрезание и накалывают номера заключенных на руки, чтобы избежать возмездия1.

Хотя данные сенсационные сообщения и не нашли подтверждения, отдельные нацисты действительно пытались укрыться в еврейской общине. В 1948 году «Canadian Jewish Chronicle» писала о гестаповце Эрике Хоне, выдававшим себя за еврея Юлиуса Исраэля Хольма. В 1963 году газета «Toledo Blade» со ссылкой на израильскую полицию сообщила, что некий разыскиваемый нацистский преступник жил в Израиле с женой и двумя детьми, пока не уехал в 1954 году в Аргентину. Наиболее достоверное и близкое к нам по времени сообщение о скрывающихся под видом евреев нацистах относится к 2006 году, когда появилась информация об Эльфриде Ринкель, охраннице из Равенсбрюка, прожившей сорок лет с еврейским мужем в окрестностях Сан-Франциско2.

В Израиле газетная шумиха 1940-х – 1950-х годов в сочетание с реальными биографиями беглых военных преступников породила богатую мифологию о нацистах и «капо», уехавших в Палестину и устроившихся там на высокие правительственные посты.  Но помимо фольклора, истории известен один реальный эпизод, когда бывший офицер Вафен СС чуть было не сделал карьеру в ЦАХАЛе и был изобличен исключительно благодаря собственной неосторожности.

Ульрих Шнафт родился в 1923 году в Кенигсберге и уже первые годы его биографии  содержали немало темных пятен. Его отец был неизвестен, а мать, по всей видимости, была немкой. В 1925 году он оказался в приюте, откуда его взяла немецкая семья. Окончив школу, Шнафт получил специальность автомеханика, но с началом Второй мировой войны был призван и направлен в Ваффен СС.

В 1942 году Ульрих Шнафт был ранен под Ленинградом и после госпиталя  направился в Югославию, а затем в Италию, где в 1944 году попал в плен к американцам во время боев на реке По.  За колючей проволкой Шнафт пробыл три года. Американцы не нашли за ним серьезных преступлений, и в 1947 году бывший эсесовец был освобожден. В родной Кенигсберг, ставший Калининградом, Ульрих вернуться не мог и на первых порах он решил обосноваться в Мюнхене3.

Здесь судьба послала Шнафту соседа по комнате, еврея Лео Хирщберга. который рассказал Ульриху о помощи, оказываемой еврейскими организациями выжившим в Холокосте. Это навело Шнафта на мысль объявить себя евреем и эмигрировать из голодной послевоенной Германии в Палестину. В декабре 1947 года, став Габриэлем Зисманом, он сел на корабль в Палестину, но до свой цели не добрался. Судно было перехвачено британским патрульным кораблем, боровшимся с нелегальной миграцией, и следующие месяцы бывший эсесовец провел в британском лагере на Кипре.

В мае 1948 года после провозглашения Государства Израиль лагеря нелегальных мигрантов на Кипре были закрыты, и Шнафт-Зисман вместе с другими эмигрантами был доставлен Хайфу. Из этого города он был направлен в киббуц Кфар-Анавим под Иерусалимом, где после изучения иврита был призван в армию.

Вряд ли стоит удивляться, что курс молодого бойца бывший эсесовец окончил с отличием, после чего был направлен на сержантские курсы. К тому времени война 1948 года подошла к концу и Шнафт был демобилизован, но гражданская жизнь и работа механиком в окрестностях Ашкелона не слишком привлекала человека, большая часть жизни которого прошла под ружьем.  Шнафт обратился с просьбой вернуть его на действительную службу в ЦАХАЛ и его просьба была удовлетворена.


Ульрих Шнафт в форме Армии обороны Израиля

Мнимый «Габриэль Зисман» с отличием окончил офицерские курс и стал лейтенантом артиллерии. Для того времени это было большое достижение, израильская армия в тот момент переживала сокращение и количество офицерских вакансий было ограничено. Казалось Шнафта ждала отличная военная карьера, но человек может быть не только кузнецом своего счастья, но и его губителем. Во время одной из офицерских попоек Улрих Шнафт решил похвастать перед сослуживцами своими подвигами под Ленинградом и показал им свою фотографию в форме Ваффен СС. 

Примечательно, что подобная демонстрация не имела для лже-Зисмана немедленных последствий, но про нее вспомнили во время очередной проверки офицера по линии контрразведки, после чего лейтенант был уволен из армии. Для Шнафта это была настоящая катастрофа. Теперь он остался без работы и карьерных перспектив в израильской провинции.  Печальная действительность несколько скрашивалась романом, который Ульрих Шнафт начал с женой своего квартирного хозяина, немецкой еврейкой по имени Марго.

Вместе с любовницей Шнафт-Зисман попытался вернуться в Германию, но из-за отсутствия документов не смог легализоваться на родине. В отчаяние он даже обратился в египетское посольство в Риме и предложил  услуги египетской разведке, а затем рассказал историю своей жизни любовнице Марго. Шокированная женщина рассказала всю информацию своему мужу, а тот передал ее израильским спецслужбам. В 1956 году «Габриэля Зисмана» выманили в Израиль, арестовали и осудили на семь лет тюрьмы4.

В 1961 году Ульрих Шнафт был освобожден из тюрьмы и навсегда покинул Израиль, уехав в родную Германию. Его дальнейшая судьба неизвестна. Нельзя исключать, что солдат двух армий жив до сих пор, достигнув почтенного 97 летнего возраста, и сейчас принимает меры, чтобы обезопасить себя от коронавируса.

Надо отметить, что в израильской эпопее Шнафта, несмотря на всю ее экстраординарность, было несколько моментов, которые способствовали его адаптации в Израиле. Во-первых, герой этой истории не знал своего отца и нельзя исключать, что он действительно мог быть евреем. Во вторых, накануне отъезда из Германии в 1947 году Шнафт сделал себе обрезание и принял иудаизм, поскольку согласно традиции еврейство передается по матери (то, что у него мать немка, Шнафт не скрывал). Таким образом, формально Габриэль Зисман стал иудеем, и это объясняет, почему его признания в эсесовском прошлом не влекли за собой немедленной и жестокой кары.

Шнафт был изобличен благодаря своему легкомыслию и авантюризму, но нельзя исключать, что некоторые более острожные нацисты все-таки скрылись среди своих бывших жертв. В 2015 году израильское издание МАКО сообщило, что в 2014 году центральный офис по расследованию преступлений нацизма сообщил о 30 бывших охранниках Освенцима, представших перед судом. Семеро из них проживали за пределами Германии и один на территории Израиля5.

Отдельньно стоит упомянуть нацистов или их потомков, которые из чувства раскаяния или по другим причинам приняли иудаизм и эмигрировали в Израиль как евреи.  Среди ортодоксальных евреев даже существует легенда о потомке Гитлера, который раскаялся и сделал себе гиур. Удивительно, но эта история имеет некоторую реальную подоплеку. Израильская и зарубежная пресса писала, что в Иерусалиме проживает внук жены сводного брата Гитлера — Алоиса. Имя его не публикуется из соображений безопасности. К иудаизму этого человека привело изучение богословия. В начале 1970-хх годов он приехал в Израиль по учебе и решил остаться там навсегда. Теперь родственник Гитлера преподает иудаизм в одном из Иерусалимских высших учебных заведений6.

Это не единичный случай. Сегодня в Израиле проживает около 300 потомков нацистов, принявших иудаизм. В 2011 году газета «Ха-Арец» опубликовала несколько реальных историй таких людей. Так например отец военного раввина Аарона Шаар-Йшува служил в Вафен СС, а его сын отказался от карьеры священника, перешел в иудаизм и живет в еврейском квартале старого города Иерусалима. По мнению Дана Бар-Она, профессора психологии университета им. Бен-Гуриона, эти люди стремятся присоединиться к «сообществу жертв», чтобы уйти от «сообщества» преступников. Переезд в Израиль и молчание о прошлом является их попыткой убежать от травмы войны и соучастия их родителей в преступлениях7.

https://varjag2007su.livejournal.com/7077589.html

Об участии поляков в уничтожении евреев

Об участии польской полиции в уничтожении евреев

В европейских СМИ развернулся ожесточённый спор по фактам, обнародованным польско-канадским историком Яном Грабовским. Собранные и систематизированные учёным сведения о причастности польских националистов к холокосту вышли за пределы академической среды и обсуждаются публично.

В конце июня El País опубликовала статью «Участие польских полицейских в уничтожении евреев». Испанские журналисты рассказали своим читателям о результатах исследований, которые для многих европейцев выглядят сенсацией. На конец 2020 года запланирован выход в свет на английском языке книги Яна Грабовского «На службе. Роль польской синей и уголовной полиции в уничтожении евреев». В книге обобщена многолетняя работа учёного, проведенная на основе тысяч изученных им документов. Тема исследования – участие польской полиции в истреблении евреев. Приводятся задокументированные случаи уничтожения евреев как по заданию немецких нацистов, так и по инициативе поляков.

Журналисты называют Грабовского «врагом польского правительства». Достаточно зайти в польский сегмент Интернета, чтобы убедиться, что против историка, работающего в Канаде, развёрнута настоящая травля. Повсюду от социальных сетей до влиятельных изданий учёного называют лжецом и сравнивают с Йозефом Геббельсом. Сам Грабовский рассказывает об угрозах в его адрес и утверждает, что у него есть основания опасаться за личную безопасность; по его словам, «у польских патриотов длинные руки». В «патриотическом» крестовом походе участвуют не только маргинальные ультраправые организации, но и правительственные структуры Польши, включая министерство иностранных дел.

Причина поднявшегося шума заключается в том, что Грабовский наступил польским националистам на больную мозоль. После оккупации Польши гитлеровцы создали на её территории полицейские органы, укомплектованные местными жителями, так называемую синюю полицию, в состав которой вошли лица, ранее служившие в местных правоохранительных органах. Грабовский доказал, что «синие полицейские», часть из которых затем были объявлены официальной Варшавой национальными героями, принимали активное участие в убийствах евреев.

Польская полиция Фото: Haaretz, по материалам книг Яна Грабовского

Польская полиция Фото: Haaretz, по материалам книг Яна Грабовского

По мнению учёного, во многих еврейских поселениях и гетто в оккупированной Польше режим террора держался именно на польской полиции. Её сотрудники знали многих местных евреев лично, выявляя их в том числе по специфическому акценту, который немцы, как правило, уловить не могли. «Без польской полиции немцам не удалось бы реализовать свой план. Польская полиция стала важным игроком в немецкой политике уничтожения», – утверждает Грабовский в интервью изданию Haaretz.

Историк рассказывает страшные вещи. Как польские полицейские похищали еврейских девушек, насиловали их и убивали. Как польский офицер искал евреев, которых прятали соседи, и передавал их на уничтожение немцам. Как коллаборационисты убили мать, а потом сутки пытали её детей в полицейском участке. Как польский полицейский убил маленького ребёнка на глазах у матери, чтобы поиздеваться над женщиной.

По словам Грабовского, зачастую польские полицейские не сообщали о своих действиях немцам: многие убийства совершались с целью грабежа, и коллаборационисты не хотели делиться отобранным у убитых имуществом с немецкими хозяевами.

Первоначально Грабовский предполагал, что польские пособники нацистов убили около 200 тысяч евреев. Теперь он считает, что количество убитых было существенно больше.

Издание книги Грабовского на английском языке станет ударом по польским политическим верхам, которые на протяжении лет фальсифицируют историю Второй мировой войны, выступая проводниками американского влияния в Европе и обеляя польских политиков времён Второй Речи Посполитой.

Документы о выдаче евреев нацистам польской полицией. Фото: Haaretz, по материалам книг Яна Грабовского

Документы о выдаче евреев нацистам польской полицией. Фото: Haaretz, по материалам книг Яна Грабовского

Мифологические представления о том, какую роль играла Польша в годы Второй мировой войны, изрядно пошатнули в последние годы израильские политики и учёные. «Я ребенок выживших во время холокоста. Мы этого не простим и не забудем. Многие поляки сотрудничали с нацистами», заявил в феврале 2019 года в интервью телеканалу Israel’s i24 глава МИД Израиля Исраэль Кац. О том, что поляки помогали нацистам, говорил и премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху. Ответом на это со стороны Польши становились, как правило, вызовы в польский МИД послов Израиля, отмена участия Польши в международных мероприятиях, организованных Израилем. Продвигая тезис о том, что польский народ понёс одну из самых больших потерь во Второй мировой войне среди мирного населения, Варшава молчит по поводу того, что большинство погибших во время немецкой оккупации были евреями и «коренные» поляки приложили к этому руку. Однако постыдную правду о польском коллаборационизме сегодня уже не скроешь.

Заглавное фото: Варшавское гетто

Холокост-2 неотвратим

Памяти растерзанного петлюровцами местечка

В Тетиеве открыли памятник жертвам еврейских погромов 1919-1920 годов

«Один бандит схватил топор и разбил голову моего сына Йоси, 18 лет. Они также раскололи голову моего брата Якова, 16 лет, и отрубили руки брату Гиршу. Он умер. Его жена Брейна была убита ужасным способом. Мой сын Ицик, 20 лет …был найден и убит. Бандиты жестоко убили всех, кого нашли в доме — семью из двенадцати человек Элиэзера Лютцеска (Клоцман). И восемь членов моей семьи. Мой маленький сын Исайя лежал под грудой трупов, залитый кровью. Но с большим трудом нам удалось вытащить его из-под трупов».

(Из свидетельских показаний Эстер Руди Щук, 42 лет, о погроме в местечке Тетиев Киевской губернии).

Согласно переписи 1897 года из 3493 жителей Тетиева 3323 были евреями. Не то, чтобы их жизнь до Гражданской войны была очень благополучна, но погром марта 1920 года уничтожил 3/4 общины. Примерно 4000 евреев были вырезаны, 1500 человек удалось спасти прибывшему из Погребищ отряду красноармейцев.

«От Тетиева остались одни развалины, — свидетельствовал очевидец. — По всему местечку валяются сотни сгоревших и убитых. Все колодцы запружены трупами».

* * *

«Три года назад мне написала молодая женщина, собиравшая материалы об этом погроме и о главе местной еврейской самообороны — Гирше Турии», — рассказывает историк и генеалог Надя Липес.

О погроме Алена Коцеруба узнала от своей мамы, а та — от бабушки, которая, впрочем, наказала особо не распространяться. А потом Алене попалась на глаза брошюра, из которой следовало, что Тетиев считался когда-то еврейским местечком. Но вот евреев она в родном городе в глаза не видела. И задалась вопросом — куда же они делись? Ответ был очевиден. Как раз тогда в Тетиеве собирались ставить памятник вождю погромщиков атаману Куравскому. Сын которого (отца, впрочем, не знавший) оказался во главе местных полицаев 21 год спустя.

После нескольких историй о погроме, подобных вынесенной в начало статьи, Алена перестала спокойно спать.

«После такого чтения и в самом деле уснуть не просто, — говорит Надя Липес, основатель сайта jewishpogroms.info, не первый год изучающая погромы 1918-1920 гг. в Украине. — Если у вас есть совесть, конечно».

Общение с еврейскими организациями окончилось ничем — никто не захотел поучаствовать в установке памятника убитым здесь евреям. Хотя в Тетиеве уже был мемориал и жертвам Колиивщины, и погибшим в годы Голодомора, а евреям — не было. И он бы не появился, не реши Алена с мужем Александром взять инициативу на себя. Почему? Да потому что, говорит она, «нас, оказавшихся в нужное время в нужном месте, словно выбрали». И с этим не поспоришь. Так, при поддержке единомышленников, среди которых и мэр города Руслан Майструк, и на личные средства тетиевчан появился этот памятник.

«Впервые о еврейской истории города я услышал от моего советника, а сейчас уже заместителя Алены Коцерубы, — признается мэр. — Архивные документы шокировали — сто лет назад город был фактически уничтожен в погроме. Шок смешался с удивлением, ведь до сих пор в Тетиеве не было даже таблички с упоминанием о тех ужасных событиях».

Ради справедливости надо сказать, что именно при Майструке два года назад две улицы получили имена знаменитых земляков-евреев — Гирша Турия (правда, это решение апелляционный суд впоследствии отменил) и Якова Орланда. Гирш погиб в стычке с бандитами в 1919 году, а пятилетний Яков чудом выжил.

«Я спрятался в деревянной бочке и через трещины видел все происходящее, — писал он много лет спустя. — На моих глазах убивали мою семью. Десять человек. Голова моего деда покатилась как футбольный мяч. Тетя и дядя были убиты. Две их дочери — 13 и 14 лет — изнасилованы. А потом погромщики подожгли синагогу. Когда кто-то пытался бежать из нее, его убивали».

Через год маленький Яков был увезен в Эрец Исраэль. Его творческая судьба сложилась весьма удачно — Орланд был успешным драматургом и членом Международного ПЭН-клуба, возглавлял Союз израильских писателей, а в 1994 году удостоился Государственной премии Израиля.

В 1939 Орланд написал почти пророческие строки об украинском детстве:

В тех давних странных снах, холодных и немых,

Те годы усыпив и прошлое рассеяв,

Мы будем ждать, пока, признав нас за своих,

Оно нам вновь не бросится на шею.

Только сегодня евреев бывшего местечка постепенно стали «признавать за своих» — в 2018 Яков Орланд посмертно стал «Почетным жителем Тетиева», а 30 июня нынешнего года на территории еврейского кладбища открылся Мемориал памяти жертв еврейских погромов 1919-1920 гг.

«Один бандит схватил топор и разбил голову моего сына Йоси, 18 лет. Они также раскололи голову моего брата Якова, 16 лет, и отрубили руки брату Гиршу. Он умер. Его жена Брейна была убита ужасным способом. Мой сын Ицик, 20 лет …был найден и убит. Бандиты жестоко убили всех, кого нашли в доме — семью из двенадцати человек Элиэзера Лютцеска (Клоцман). И восемь членов моей семьи. Мой маленький сын Исайя лежал под грудой трупов, залитый кровью. Но с большим трудом нам удалось вытащить его из-под трупов».

(Из свидетельских показаний Эстер Руди Щук, 42 лет, о погроме в местечке Тетиев Киевской губернии).

Согласно переписи 1897 года из 3493 жителей Тетиева 3323 были евреями. Не то, чтобы их жизнь до Гражданской войны была очень благополучна, но погром марта 1920 года уничтожил 3/4 общины. Примерно 4000 евреев были вырезаны, 1500 человек удалось спасти прибывшему из Погребищ отряду красноармейцев.

«От Тетиева остались одни развалины, — свидетельствовал очевидец. — По всему местечку валяются сотни сгоревших и убитых. Все колодцы запружены трупами».

Источник

Акция «Петлюра». Львовский погром в июле 1941

Украинские националисты и гитлеровцы вырезали во львове несколько тысяч евреев и поляков.
Утром 1 июля на стенах домов было расклеено обращение краевого провода ОУН (Б), подготовленное еще до войны руководителем ОУН (Б) на Западной Украине Иваном Клымивым:
«Народ! Знай! Москва, Польша, мадьяры, жидва — это твои враги. Уничтожай их! Знай! Твое руководство — это Провод украинских националистов, это ОУН. Твой вождь — Степан Бандера».

«Каунасская резня» — самая кровавая бойня в истории Литвы

Двор гаража «Летукис». Здесь 27 июня 1941 года произошло одно из первых и самых жестоких убийств евреев в Литве. На глазах у толпы любопытных металлическими штангами и ломами были насмерть забиты пятьдесят два каунасских еврея. Убивали литовцы. Один из них позже сказал, что сделал это, ослепленный злобой, и потом очень раскаивался.

Из интервью писательницы Руты Ванагайте с историком Хаим Баргманом:

РУТА: Я читала свидетельство одного из участников убийства. Это был унтер-офицер литовской армии, отбывавший заключение в каунасской каторжной тюрьме. Он заговорил лишь несколько десятилетий спустя. Цитирую: «Я из тех, кто совершал экзекуции. Выйдя из тюрьмы, я был охвачен жаждой мести, и, когда эти евреи стали нам сопротивляться, у меня нервы не выдержали».

ХАИМ: Я опираюсь на рассказ свидетеля Вацловаса Водзинскаса. На одном из семинаров, организованных университетом Витаутаса Великого, Водзинскас рассказал, что он — тогда шестнадцатилетний юноша — ехал на велосипеде мимо гаража «Летукиса» и увидел группу арестованных еврейских мужчин, которых вели из Желтой тюрьмы…

Во дворе гаража «Летукиса» до прихода немцев держали красноармейских коней. Нацисты велели сторожу вычистить двор гаража, потому что он был завален конским навозом. Этот сторож увидел, как мимо ведут колонну евреев, подбежал к охранникам и сказал, что евреи — друзья русских, так пусть они и убирают навоз русских коней. Охранники привели евреев во двор гаража. Вот почему все то, что произошло, произошло здесь.

Водзинкас прислонил велосипед к дереву, влез на дерево и смотрел, как евреи убирают территорию гаража. Они собирали навоз руками. Другие дети тоже залезли на деревья и за всем наблюдали…

Евреев убивали очень жестоко. Люди на улице услышали крики и пришли посмотреть, что происходит.

Один еврей, когда ему было приказано голыми руками убирать конский навоз, ударил литовских охранников и убежал на еврейское кладбище по ту сторону забора. Он бежал быстро, но пуля летела еще быстрее.

С этого все и началось. Охранники стали избивать евреев металлическими штангами. Забили всех до одного. Собравшиеся у гаража наблюдали за этим до самого конца. Водзинскас тоже. Позже он сказал, что бойня его нисколько не потрясла, потому что «евреи еще не таких бед натворили».

Источник: Ванагайте Р., Зурофф Э. Свои. Путешествие с врагом. — М.: Издательство АСТ: CORPUS, 2018.

Холокост по польски

Варшава настолько не хотела видеть евреев в Польше, что предпочла этому их уничтожение в нацистских концлагерях

В 1938 году власти Третьего рейха приступили к первому этапу практической реализации еврейского вопроса, к его «окончательному решению» в терминологии идеологов национал-социализма. Речь шла о насильственном выселении иностранных евреев за пределы рейха (так называемая Polenaktion, польская акция). Это стало первой депортацией евреев нацистами и прелюдией холокоста.

На тот момент на территории рейха проживало примерно 100 тыс. евреев-иностранцев, большинство из них (60 тысяч) составляли польские евреи. О планах нацистов депортировать их обратно в Польшу Варшава знала, но принимать своих же граждан еврейской национальности не собиралась; 1938 год был периодом особо тёплых отношений между Адольфом Гитлером и президентом Польши Игнацием Мосцицким.

Антисемитизм являлся неотъемлемой частью тогдашней польской политики. Посол Польши в Берлине Юзеф Липский обещал фюреру поставить «прекрасный памятник в Варшаве», если немцы выселят всех евреев из Европы куда-нибудь в Африку. Своих евреев польские власти планировали выселить на Мадагаскар, где специально побывала польская правительственная делегация для выбора места поселения. С 1935 года в Польше по инициативе министра иностранных дел Юзефа Бека действовала спецкомиссия по решению еврейского вопроса (Specjalna Komisja Studiów).

По словам британского историка и исследователя холокоста Мартина Гилберта, польские власти опасались возвращения из Германии в Польшу евреев – участников гражданской войны в Испании. Гитлеровская Германия и Польша оказывали в этой войне поддержку диктатору Франко, но 2250 польских евреев (самая многочисленная группа среди евреев-интернационалистов) воевали на стороне республиканцев, поддержанных Советским Союзом.

В Варшаве надеялись, что решать еврейский вопрос они будет вместе с гитлеровцами, но «польская акция» Берлина застала польских руководителей врасплох. Чтобы помешать евреям въехать в Польшу, польский сейм принял в марте 1938 г. драконовский закон о лишении гражданства, согласно которому гражданин Польши переставал быть таковым, если проживал за границей более пяти лет. Большинство польских евреев, очутившихся в Германии в вихре Первой мировой войны и экономической миграции послевоенных лет, подпадало под эту категорию. Если гражданства лишался один из супругов или родителей, второго супруга и детей лишали статуса граждан автоматически.

9 октября 1938 г. польские дипломаты получили из Варшавы указание ставить в паспорта поляков за границей специальную отметку, которая давала право въезда в Польшу. С 30 октября паспорт без отметки становился недействительным. Тайным распоряжением предписывалось задерживать паспорта евреев, чтобы увеличить количество лишённых гражданства.

В Берлине сочли такое поведение Польши угрозой собственным планам избавиться от еврейского населения, потребовали от Варшавы отменить закон и, не дожидаясь ответа, приступили к депортации.

Вскоре первые эшелоны с польскими евреями оказались на германо-польской границе. Польские пограничники ставили евреям в паспорта штамп «недействителен». Вмиг превратившись в людей без гражданства, не имея средств к существованию, тысячи евреев кочевали по нейтральной полосе по болотистым низинам, в ужасных условиях – без денег, еды, тёплой одежды; многие были в пижамах и тапочках. Были там и беспомощные старики, и дети без родителей, так как немцы часто сажали членов одной семьи в разные поезда и вывозили на КПП в разные города – Бытом, Збоншин, Кшиж…

Варшава настолько не хотела видеть евреев в Польше, что предпочла этому их уничтожение в нацистских концлагерях. После заявления поляков о том, что, если депортация евреев в Польшу не прекратится, из Польши будут депортированы немцы, рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер распорядился отправлять евреев уже не в Польшу, а в газовые камеры. Так начался холокост.

В июле 1938 г. по предложению президента США Рузвельта в Эвиан-ле-Бен (Франция) состоялась международная конференция 32 государств – пример поразительного лицемерия её участников. На конференции обсуждались варианты решения участи жертв нацизма, но спасать их никто не собирался.

США отказались менять ради евреев иммиграционную квоту. Бельгия, Дания, Нидерланды сослались на маленькую площадь и высокую плотность населения их стран; Франция и Канада – на экономические сложности. Великобритания отказалась пересматривать квоту на въезд евреев в Палестину (75 тыс. человек в течение 5 лет). Ирландия заморозила свою квоту, Австралия испугалась проникновения в страну политических активистов. Аргентина и Бразилия, где у власти находились сочувствующие Гитлеру режимы, тоже отказались принять евреев. Только Доминиканская Республика согласилась поселить 100 тыс. человек, но за большие деньги. Позже под давлением США доминиканцы отказались от затеи.

Итогом конференции в Эвиан-ле-Бен стала телеграмма в Берлин, сообщавшая, что ни одна из 32 стран не оспаривает права германского правительства вводить законодательные ограничения в отношении некоторых своих граждан. О том, что «некоторые граждане» были исключительно евреями, в телеграмме не говорилось ни слова.

В марте 1939 года еврейская организация «Агудас Исраэль» и Сионистическая организация в Польше от имени 3,5 млн. польских евреев обратились к премьеру Великобритании лорду Чемберлену с призывом позволить евреям, спасавшимся от неминуемой смерти, перебраться в Палестину. Это был крик отчаяния, но британских политиков он не тронул.

Единственным выходом оказалась эвакуация через СССР в Японию и далее в голландские колонии в Южной Америке и Палестину (британцы согласились пускать вне квоты тех, кто сможет заплатить 1 тысячу фунтов стерлингов – большую сумму по тем временам). Необходимые визы выдавал сочувствовавший евреям голландский консул в Литве Ян Звартендейк, транзитные визы в Японию для проезда через СССР – принявший православие японский консул Тиунэ Сугихара. При содействии Москвы сотни тысяч европейских евреев именно так и спаслись.

Повезло так повезло: «Жидовка ногу сломала»

Тетради не горят

Под страхом смерти он вёл дневники в Вильнюсском гетто: не веря, что его спасут, надеялся, что о нём хотя бы узнают. Григорий Шур погиб одним из последних, оставив нам свидетельства об этом аде.

«Ни места, ни бумаги, ни чернил. Писал в страшной тесноте, иногда в клозете, иногда в сарае, когда не имел чернил, то писал карандашом, писал на колене или на подоконнике, почти никогда за столом», – так Григорий Шур описывал свою работу. Всего набралось 39 тетрадок с записями. Он описывал события подробно и отстраненно – часто постфактум, после сбора дополнительной информации.

Его поддерживала литовская антифашистка Анна Шимайте, побуждала не бросать рукопись ни при каких обстоятельствах. Она рисковала, проникая в гетто, чтобы забрать исписанные им листки, принести чистые тетради и чернила, какую-нибудь еду. По окончании войны она же сообщила наспех созданному Еврейскому музею в Вильнюсе, где хранятся рукописи. Они таки легли в основу книги «Евреи в Вильно». Благодаря Шимайте спаслась и дочь Шура Мириам – единственная из всей их семьи. Анна добыла для нее поддельный польский паспорт, а после побега из гетто помогала укрываться в оккупированном Вильнюсе.

Немецкие самолеты над Вильнюсом появились уже 22 июня 1941 года – в то время как большая часть СССР только услышала объявление о войне. Спустя час после заявления Молотова город начали бомбить. Следующий день на вокзале была давка: железнодорожники перекрыли выход на перрон, так народ лез через ограждения. Имелось два состава: один из 50 общих вагонов, куда брали всех, другой из шести вагонов – для всего имевшегося на тот момент в городе советского начальства. Когда составы уехали, люди продолжали уходить из города пешком – кто-то уезжал на подводах, мотоциклах и даже велосипедах.

На рассвете 24 июня в город вошли части СС. Население быстро поделилось на «своих» и «чужих». В садике францисканской церкви на Трокской начались первые расстрелы. Сначала литовские активисты убили еврейскую девушку, затем 15 красноармейцев и нескольких командиров. Тела валялись в церковном саду, убирать их не разрешалось. Это было заявление новой власти: вот кого мы считаем врагами. Литовцев радовал побег советской власти, которая тут была совершенно чуждой: жители сами организовывали засады на дорогах и расстреливали советские «полуторки».

В первом же приказе оккупационные власти потребовали заложников: 60 евреев и 20 поляков. Жертвы вскоре были обнаружены и доставлены в городскую тюрьму. Евреям приказали нашить на грудь и спину одежды кружки жёлтой материи с буквой «J» посередине. Образец разместили во всех полицейских участках: он впредь менялся много раз, и это всегда было поводом наскрести новых нарушителей. Евреям запретили находиться на улице с шести вечера до шести утра, с 5 июля им стало можно покупать продукты только в своих магазинах: в литовской или польской булочной могли послать за хлебом к Сталину, избить или сдать полиции.

Предписания общественных запретов менялись, а их несоблюдение каралось только смертью. Никаких отношений с неевреями, кроме рабочих, разговаривать в присутствии арийцев нельзя – даже поднимать глаза, как и появляться на улице без уважительной причины. Разогнали даже еврейский детский приют: сирот просто выставили на улицу, а жители кинулись грабить запасы заведения. В конце июля евреев обязали зарегистрировать всё имущество и запретили куда-либо его перемещать, кому-нибудь перепоручать. За людей их больше не считали.

В конце августа литовские активисты убили старика-христианина, после чего схватили двух первых попавшихся евреев, обвинили их в убийстве, избили на глазах у всей улицы и расстреляли. Акция стала началом погромов. Вооруженные горожане врывались в дома евреев и выбрасывали жильцов наружу. На улице их арестовывали за нарушение комендантского часа и отправляли в тюрьму.

Шестого сентября началось переселение в гетто: их было поначалу два. «Оба гетто были переполнены, как муравейники, – писал Шур. – Ежедневно на рассвете большинство их обитателей отправлялось на работу – на фабрики, на стройки, в немецкие части. Тяжело приходилось тем, кто работал на торфяниках, на прокладке железнодорожных путей и шоссе, грузчиками на складах. На работу шли колоннами, как солдаты, по правой стороне мостовой. Все работающие имели свидетельства белого цвета, первым словом в которых было: “дер юде” или “ди юдин” – “еврей” или “еврейка”».

Вскоре всех евреев из одного гетто увезли в грузовиках в неизвестном направлении. В другом жизнь стала как-то налаживаться по чудовищным законам времени: открылись больница, еврейская школа и театр, существование которого жители считали чудом. Но раньше всех, разумеется, появился юденрат: «Эти тоже были жестоки, оправдывали свои действия тем, что приход местных полицейских или СС сделает жизнь совсем невыносимой».

В Вильнюсское гетто Шур попал вместе с семьёй сразу после его основания: работал он там электротехником на швейной фабрике Kailis, хотя по факту чаще просто сортировал одежду, отобранную у евреев. Фабрика, кстати, принадлежала еврею Оскару Глику. Он бежал из Австрии после аншлюса, в Вильнюсе оказался в первые дни оккупации. Встретил друга детства, арийца, служившего в германской армии, тот помог устроиться на работу и выправить документы. Вскоре Глик предложил властям наладить производство одежды для военных. Став директором фабрики, настоял, чтобы рабочие и их семьи жили на её территории. Это была привилегия – в отличие от остального гетто жизнь тут считалась благополучной. Вскоре здесь работали 1200 евреев. Но в январе 1942 года вспыхнул пожар, а в ходе расследования его причин выяснилось, что Глик – еврей. Его расстреляли вместе с женой.

«Обыкновенные же чистки проводились так, – описывал происходящее Шур. – Ночью неожиданно все население гетто будили силами еврейских полицейских. Затем офицеры гестапо проверяли рабочие свидетельства – обладателей таковых выпускали с семействами, и они уходили на места работы. После ухода этих счастливцев в гетто впускались литовские солдаты, полицейские и тайные агенты, и они делали там свое страшное дело. Как хищные звери, набрасывались они на свои жертвы, грабили, избивали и уводили с собой».

В июле 1942 года в Вильнюсском гетто был неожиданно распущен юденрат – все потому, что входившие в него евреи пытались торговаться с немцами. Немцы хотели без лишнего шума вывезти из гетто всех детей до 13 лет, а им предлагали забрать стариков и больных. В итоге единоличное руководство гетто взял на себя Яков Генс. «Через несколько дней сотрудник СС Рихтер приказал начать рабочий день на фабрике на полчаса раньше обычного, а детей отвести в близлежащий госпиталь, – фиксировал Шур. – У госпиталя детей стали сажать в подъехавшие к этому времени грузовики. Туда же укладывали больных, которых выносили на руках. Машины немедленно отъезжали одна за другой. Матерей, которые хотели ехать со своими детьми, не сажали в ту же машину, тех же, которые готовы были отпустить детей, непременно забирали вместе с ними».

Тотальная ликвидация Вильнюсского гетто началась 1 сентября 1943-го. Гестаповцы потребовали выдачи 1000 здоровых мужчин, Генс смог найти только 600 человек: люди прятались. Вечером доставили литовских полицейских, которые стали забрасывать укрытия ручными гранатами, уничтожая в каждом по несколько десятков человек. Этот кошмар продолжался четверо суток, результатом стали сотни убитых и восемь тысяч вывезенных на расстрел. Гетто практически разрушили: трупы были под обломками зданий и на улицах, уцелевшие мало чем отличались от них по виду. Пятого сентября гетто объявили закрытым, а 14 сентября Генса вызвали в гестапо, откуда он не вернулся. Полуголодные выжившие доходяги гетто почувствовали себя осиротевшими.

Присматривать за ними поставили некоего Саула Деслера – вора и проходимца. Он сбежал в итоге, прихватив деньги и золото из общественных запасов. Еврейская полиция тоже разбежалась. Обессиленные жители чувствовали скорый конец, многие были этому рады, но находились и те, кто имел силы бежать и знал лазейки: ползли в нечистотах городской канализации, выламывали ворота, уходили незаметными тропами.

23 сентября гетто окружили вооруженные гестаповцы: говорили, что часть людей отправят в Шавли, другую – в рабочий лагерь в эстонском Вейваринге. Два следующих дня немцы заполняли людьми товарные вагоны, чтобы отправить их на самом деле на Понары. Дальше – расстрел. Эта история была названа Шуром в книге «окончательной ликвидацией», но в городе осталось еще около трех тысяч евреев – работников фабрик, автомастерских и других учреждений. Среди них был и Шур. В конце марта 1944-го у него отняли сына. Город стал udenfrey – «свободным от евреев», об этом сообщала специальная табличка. За несколько дней до прихода Советской армии большую часть евреев из рабочих блоков расстреляли. Немногих отвезли в лагерь Штутгоф, который тоже скоро ликвидировали. Нацисты погрузили заключённых на баржи, вывезли в Балтийское море и утопили. Среди них был Григорий Шур.

ХОЛОКОСТ В РОВНО: РЕЗНЯ В ЛЕСУ СОСЕНКИ НОЯБРЯ 1941 г.

ХОЛОКОСТ В РОВНО: РЕЗНЯ В ЛЕСУ СОСЕНКИ НОЯБРЯ 1941 г.

Русский перевод исследовательской работы Джеффри Бурдса на тему Холокоста в Ровно в 1941-1943 г.г. Основана на архивных документах из России, Украины, Польше, Германии, США и Исраела, автор подробно обсуждает массовое убийство 24,500 евреев в г. Ровно с 7-9 ноября 1941, и о последствиях расстрела евреев.

Ссылка на скачивание https://www.academia.edu/33993237/ХОЛОКОСТ_В_РОВНО_РЕЗНЯ_В_ЛЕСУ_СОСЕНКИ_НОЯБРЯ_1941_г._ЧАСТЬ_I_II_

Папа — соучастник холокоста ?

Сенсационные документы о фашистских зверствах вызвали скандал в Ватикане.

В Ватикане разразился скандал из-за событий 75-летней давности. Историки изучают архивы, проливающие свет на деятельность одного из самых неоднозначных понтификов — папы Пия XII, которого одни требуют признать святым, а другие называют «другом Гитлера».

Противоречивый папа
Порядка 400 тысяч коробок с документами. И в каждой — сенсация. Ватикан долго не решался обнародовать архивы с 1939 по 1958 год, когда «наместником апостола Петра» был папа Пий XII. Вот уже полвека о его деяниях спорят далеко за пределами кабинетов историков.
«Папа убеждал мировых лидеров не начинать войну», — говорят одни.
«Пий XII не отлучил нацистов от Церкви», — парируют другие.
И хотя его понтификат активно изучают не одно десятилетие, до сих пор до конца не известна его роль во время Второй мировой войны. Именно поэтому во всем мире с воодушевлением встретили решение нынешнего папы Франциска рассекретить архивы того периода.

Правда, пандемия коронавируса нарушила планы. Через несколько дней после того, как Святой престол впустил в архивы историков, самое маленькое государство в мире закрыли на карантин. С того момента специалисты изучили всего 180 коробок с документами — пару сотен тысяч листов из десятка миллионов. Однако и этого хватило для новой волны дискуссии о роли Пия XII.

На днях исследователи из Университета Мюнстера вспомнили о документах, которые сорок лет назад хотели включить в 11-томный труд, посвященный участию Ватикана в холокосте. Однако в последний момент публикации этих бумаг воспрепятствовали члены ордена иезуитов.

Папа Пий XII
«Согласно архивам, осенью 1942 года понтифик прочел докладную записку американского дипломата, где подробно изложена информация о массовых убийствах евреев в Варшаве и Львове», — сообщил руководитель группы, историк Хуберт Вольф в интервью католическому изданию Kirche + Leben. После такого от папы ждали активного противодействия очевидному злу.

«Что удерживало его от протеста?»
Доклад подтверждался донесениями собственных источников Ватикана. Так, грекокатолический архиепископ Львова Андрей Шептицкий сообщил об убийстве порядка 200 тысяч евреев во время «откровенно дьявольской» оккупации на Украине. Еще один информатор доносил о «немыслимой резне» в еврейском гетто в Варшаве.
Эти сведения понтифику доставлял государственный секретариат Ватикана, аналог Министерства иностранных дел. Глава ведомства призывал Пия XII не верить информации о массовых убийствах.
«Он говорил папе, что евреи «склонны преувеличивать», а «восточники» — так называли грекокатоликов в Ватикане — «не являются примером честности, что недавно было доказано немецкими исследователями». Документ за подписью Делла Аквы — ключевой для нас. Бумагу скрывали много лет — это явно антисемитский документ, проливающий свет на то, почему Пий XII прямо не осуждал холокост», — обращает внимание Хуберт Вольф.

Через несколько месяцев после упомянутого доклада папа римский выступил с, пожалуй, самым обсуждаемым рождественским обращением к пастве. Он упомянул о «сотнях тысячах людей, которые безо всякой вины и по единственной причине — своей национальности или расы — были обречены на смерть или постепенное истребление». Но произнес он эти слова как бы вскользь, не упомянув ни немцев, ни евреев.

Защитники понтифика, в свою очередь, утверждают, что он все же пытался вмешаться в ситуацию: католическая церковь, по их словам, спасла четыре тысячи евреев от истребления.
Именно к Ватикану взывали европейские евреи о помощи. Хотя именно с этим городом-государством еще в 1933 году Гитлер заключил первый международный договор.
Противоречивую политику папы Пия XII пытаются объяснить историки. С одной стороны, он знал о массовых убийствах евреев и пытался помочь им. С другой — он ни разу публично не осудил за это нацистскую Германию.
«Что удерживало папу от протеста? Он писал немецким епископам: «Где папа должен кричать, там он обречен на молчание». Возможно, он боялся повторения голландской истории. Там в 1942 году протестантские и католические епископы совместно выступили против депортации (обрекающей на уничтожение) местных евреев. Но там все равно прошли аресты даже среди тех евреев, кто обратился в католицизм»
.
Историки обращаются к донесениям 70 ватиканских послов, а также к переписке Пия XII с президентом США Франклином Рузвельтом. Больше всего в этих документах исследователей интересуют ответы понтифика.

«Политический вопрос»
Роль папы Пия XII в холокосте интересует не только еврейскую общину, но и самих католиков. С 60-х годов в Ватикане обсуждается вопрос о беатификации понтифика — признании блаженным. Это, в свою очередь, открывает дорогу к его канонизации.
Беатификацию римского первоиерарха активно продвигал Бенедикт XVI. По одной из версий, из-за этого он препятствовал обнародованию архивов. Его наследник на Святом престоле — Франциск I — все же снял с документов гриф «засекречено до октября 2027 года».
«Беатификация — это признание личной святости человека. Но в случае с Пием есть очень мощный политический контекст. После войны отношение к нему было разным, несмотря на свидетельства, что он старался защитить евреев, например, в истории с уцелевшей общиной Рима. Кроме того, его предшественник — Пий XI — в 1937 году назвал национал-социализм «разновидностью злобного расового язычества, которого еще не было», — поясняет РИА Новости историк католической церкви Алексей Юдин.

Однако ответ на главный вопрос — почему Пий XII открыто не осудил нацистов, зная о массовых убийствах евреев, еще впереди. Ватикан, временно закрыв доступ к архивам из-за пандемии, так и не объявил, когда историки туда вернутся.

РИА Новости

Численность евреев так и не восстановилась после Холокоста


К концу 2018 года численность евреев во всем мире достигла 14,7 миллиона человек, что значительно ниже пиковых значений, зарегистрированных до Холокоста.

Об этом сообщает в новом отчете Центральное бюро статистики Израиля.

Так, на сегодняшний день евреев во всем мире примерно такое же количество, как в 1925 году, когда в мире проживало почти 14,8 млн евреев. Перед Второй мировой войной – к 1939 году численность еврейского населения выросла до 16,6 млн человек.

Из тех 16,6 миллионов евреев 449 тысяч, или примерно 3% от общей численности, проживали на территории находившейся под Британским мандатом в Палестине, на которой впоследствии было провозглашено Государство Израиль.

В 1948 году, на момент создания Израиля, число евреев уменьшилось до 11,5 млн человек, из которых в Израиле проживали лишь 650 тысяч (6%). К концу 2018 года еврейское население выросло до 14,7 млн человек, при этом 6,7 млн из них (45,6%) проживают в Израиле.

Первое место по размеру еврейской диаспоры вне Израиля занимают США — 5,7 млн, второе место – Франция с примерно 450 тыс. евреев, третье – Канада — 392 тыс., Великобритания – 292 тыс., Аргентина — 180 тыс., Россия — 165 тыс., Германия — 118 тыс., Австралия — 116 тыс.

Из 6,7 млн израильтян по состоянию на конец 2018 года, 5,2 млн человек родились в Израиле, а 1,5 млн – иммигрировали из других странах.

Коронавирус выкашивает евреев мира, обнаружены причины

Евреи диаспоры расклеивают воззвания: «Когда ты идешь в синагогу, ты обагряешь руки кровью евреев»

Дочь скончавшегося в Нью-Йорке сатмарского хасида прощается с отцом. Фото: Коби Бурнштейн
Дочь скончавшегося в Нью-Йорке сатмарского хасида прощается с отцом. Фото: Коби Бурнштейн

В странах с большими еврейскими общинами доля скончавшихся от коронавируса евреев намного превышает их процент в населении. Чем это объяснить? Израильский сайт Ynet публикует во вторник, 30 марта, статью по материалам еврейского информационного агентства JTA: как реагируют на угрозу коронавируса евреи во всем мире.

США: евреи умирают чаще

На кладбище «Шомер ха-Дат» в районе Borough Park в Нью-Йорке хоронят в эти дни в 6 раз больше евреев, чем до эпидемии. «У нас очень много похорон, а машин и людей мало. Помогите нам», — обратился к участникам похоронной процессии представитель местной ритуальной службы »Хевра кадиша». 

В еврейских кварталах Нью-Йорка коронавирус убивает и старых, и молодых. 42-летний раввин, отец нескольких маленьких детей . Сохранилось видео, где он отплясывает с ними в Пурим. 39-летний водитель автобуса из сатмарских хасидов, ничем всерьез не болевший. Оставил после себя шестерых детей, младшему всего 5 лет.

Местные СМИ сообщают: процент заражения коронавирусом в ультраортодоксальной еврейской общине непропорционально высок — более 13% от общего числа инфицированных. Первый очаг заражения был выявлен в одной из синагог городка Нью-Рошель (New Rochelle) севернее Манхэттена. В Бруклине красным цветом отмечены ортодоксальные кварталы в Боро-Парке и Вильямсбурге. Среди заболевших — раввин сатмарских хасидов Аарон Тейтельбаум.

Мэр Нью-Йорка Билл ди-Блазио распорядился закрыть синагоги, и большинство раввинов подчинились. Но некоторые ультраортодоксальные общины продолжали молиться, как раньше. В ряде кварталов пришлось расклеить воззвания для тех, кто не подчинился распоряжению властей: «Убийца! Когда ты идешь в синагогу, ты обагряешь руки свои кровью евреев».

Листовки из Нью-Йорка: "Убийца! Когда ты идешь в синагогу, ты обагряешь руки свои кровью евреев".  Фото: Авраам ха-Коэн, Рами Кон
Листовки из Нью-Йорка: «Убийца! Когда ты идешь в синагогу, ты обагряешь руки свои кровью евреев». Фото: Авраам ха-Коэн, Рами Кон

Лос-Анджелес.
Число инфицированных в Калифорнии растет неудержимо и уже превысило 1000 человек. В то время как большинство синагог перешли на молитвы через Facebook и другие социальные сети, в общине «Йешурун» в Северном Голливуде молитвы в синагоге продолжались. В итоге заразились 9 человек. Синагогу закрыли. Местный раввин, впрочем, и после этого продолжал утверждать, что синагога ни при чем.

И светские евреи, ведущие совсем другой образ жизни, страдают в США от коронавируса. Так, 23 марта в возрасте 63 лет скончался известный историк культуры и искусствовед Морис Бергер. 35-летняя Шошана Дэвис умерла, оставив трехлетнюю дочь.

В США говорят: еврейская община влиятельна. Но это значит и то, что евреи контактируют с большим числом людей, участвуют в большем количестве групповых мероприятий. Сейчас многие еврейские общины начали увольнять работников из-за экономического кризиса. Так, были уволены 178 сотрудников еврейских общинных центров Филадельфии. К страху заболеть коронавирусом прибавился страх потерять медицинскую страховку. 

Франция: нет семьи без инфицированного

В общине говорят о 80 жертвах коронавируса, но официальные источники называют другую цифру — 200. Всего в стране скончалось от коронавируса более 2600 человек. Доля евреев в общем числе жертв и здесь достаточно велика. Среди умерших известный раввин движения ХАБАД 64-летний Масуд Тубул. Особенно пострадала община Страсбурга. Как сообщил в беседе с Ynet главный раввин этого города Авраам Коэн, там заразились коронавирусом от 50 до 70% евреев.

«Многие заразились в синагогах и на праздновании Пурима, — признают лидеры еврейских общин. - Мы призываем всех евреев подчиняться указаниям правительства и не выходить из дома». Еврейский журналист Биньямин Киршбаум описывает ситуацию так: «Почти не осталось семьи, где нет ни одного инфицированного. А он перезаразит всех, кто с ним рядом. Царит страх, люди боятся выйти». 

Великобритания: к такой реальности надо привыкнуть

На сегодняшний день в Соединенном Королевстве скончались от коронавируса 34 еврея. В местной еврейской общине осуждают ультраортодоксов (большей частью из сатмарских хасидов), которые игнорируют распоряжение властей не проводить молитвы в синагогах. По данным JTA, сильнее всего пострадала община сефардов — выходцев из Испании и Португалии на севере Лондона. Там скончалось от коронавируса сразу четверо прихожан местной синагоги.

«Похороны были очень скромными и проходили с соблюдением всех карантинных норм, — рассказал Ynet глава сефардской общины Лондона Йосеф Дуэк. - Ни с чем подобным мы раньше не сталкивались. Еврейская община всегда основывалась на очень сильном социальном взаимодействии. А когда члены семьи покойного сидят в карантине и получают соболезнования через мобильные приложения, к такой реальности надо привыкнуть».

Италия, Бельгия и другие страны: как на войне

Здесь число скончавшихся относительно невелико: 6 человек в Милане. Еще 2 еврея в Риме в тяжелом состоянии. Низкая смертность объясняется тем, что еврейская община Италии очень дисциплинированна, а ее главный раввин — врач по профессии. Почти нет тех, кто игнорирует распоряжения властей.

Но жить в стране страшно. «Мы чувствуем запах смерти вокруг, — говорит журналистка Николь Накаш из местного отделения JTА. — Ты пока живой, но видишь, как вокруг тебя гибнут люди».

Еврейская община в Антверпене (Бельгия) насчитывает 17.000 человек. По оценкам специалистов, 85% евреев заразятся коронавирусом, пятую

часть от этого числа придется госпитализировать, десятая часть будет в критическом состоянии. В ближайшие три недели умереть могут 550 ультраортодоксальных евреев. В процентном отношении заболеваемость у евреев намного выше, чем в целом по стране, где зарегистрировано около 1800 случаев заражения коронавирусом и скончались 30 человек. «Все евреи здесь знают друг друга, синагога у нас как продолжение дома», — объясняют столь скверную статистику сами представители общины. 

28 марта в Бразилии от коронавируса скончался известный детский художник 72-летний Даниэль Азулай. В воскресенье скончалась первая представительница еврейской общины Аргентины, женщина 82 лет. В израильском министерстве по делам диаспоры внимательно следят за происходящим в еврейском мире и разрабатывают планы помощи. В частности, разрабатывается проект онлайн-обучения лидеров еврейских общин, как правильно реагировать на кризисные ситуации.  

Напомним, что и в Израиле можно отследить повышенную заболеваемость коронавирусом в тех населенных пунктах, где высок процент религиозного населения. Так, из опубликованного 27 марта распределения числа больных коронавирусом по городам видно, что в Тель-Авиве число инфицированных меньше (211), чем в Бней-Браке — 267.    

Подробности на иврите читайте здесь

https://www.vesty.co.il/articles/0,7340,L-5704085,00.html

Минздрав: закрыть магазины, раздавать людям армейские пайки | Политика | MIGnews — Новости Израиля и

Минздрав: закрыть магазины, раздавать людям армейские пайки | Политика | MIGnews — Новости Израиля и Ближнего Востока, Арабо-израильский конфликт

Как антисоветское подполье истребляло в Польше евреев

Вирус антисемитской идеологии

Польские официальные институты, неотъемлемой частью политики которых являются русофобия и антикоммунизм, обеляют преступников, для преступлений которых нет срока давности.

День памяти антисоветского подполья («отверженных солдат»), ежегодно отмечаемый в Польше 1 марта, плавно переходит в Национальный день памяти поляков, спасавших евреев в годы гитлеровской оккупации, отмечаемый 24 марта. Варшава намеренно создаёт иллюзию идеологической близости двух праздников, пытаясь скрыть факты причастности «отверженных» к истреблению евреев в годы Второй мировой войны.

В изложении польских властей антисоветское подполье предстаёт массовым всенародным движением против присутствия в стране советских войск. Однако сотрудник Института истории Варшавского университета д-р Аугуст Грабский сравнивает цифры: через год после вступления советских солдат в Польшу, в 1945 году, антисоветское подполье насчитывало несколько десятков тысяч человек, тогда как в рядах Армии Людовой (АЛ), воевавшей плечом к плечу с Красной армией, служили 370 тыс. поляков, а уровень поддержки польскими гражданами нового просоветского руководства страны уже в июне 1946 года составлял 25% и с годами только увеличивался.

«Отверженные» были агрессивным меньшинством с антисемитской идеологией, свойственной, впрочем, и более широким слоям польского населения; они не признавали послевоенных границ Польши, их целью был возврат ко временам II Речи Посполитой времён Юзефа Пилсудского.

От введённого Пилсудским режима «санации», под которым подразумевалось подавление инакомыслия, «отверженные» и позаимствовали свой антисемитизм. На пропагандистских листовках подполья евреев называли коммунистическими ищейками и паразитами. В меморандуме Совету Безопасности ООН движения «Свобода и независимость» (Wolność i Niezawislość), написанном в 1946 в надежде на международное признание, польское бандподполье оправдывало свой антисемитизм сотрудничеством евреев с советской властью: «…фактором, инспирирующим советизацию и уничтожение польского народа в Польше…являются еврейские коммунисты… Враждебное отношение польского народа к деятельности евреев-коммунистов – такой же акт самообороны, как и борьба против наших угнетателей из НКВД».

Согласно «Атласу польского подполья, боровшегося за независимость Польши в 1944-1956 гг.» (Atlas polskiego podziemia niepodległościowego 1944-1956), изданному Польским институтом национальной памяти в Люблине в 2007 году, наиболее активно подполье орудовало на востоке Польши, где доля еврейского населения была традиционно высокой.

Центральный комитет евреев в Польше (Centralny Komitet Źydòw w Polsce), культурно-образовательная и гуманитарная организация, занимавшаяся помощью евреям, пережившим холокост, в т. ч. в вопросах эмиграции, через год после окончания войны докладывала англо-американской комиссии по делам Палестины: «В 1945 году убиты 353 еврея. Эти преступления совершаются группами реакционного подполья».

Вот факты, о которых сообщает современная польская пресса.

Август 1944 года. Банда Казимежа Ольховика из Армии Крайовой (АК) убила несколько десятков евреев, в том числе детей и женщин, сбежавших из лагеря в Скаржиске Каменной.

Февраль 1946 года. Банда Леона Тарашкевича («Свобода и независимость») вторглась в г. Парчев Люблинского воеводства для истребления местных евреев. Убиты три еврея и польский милиционер. В 2009 году президент Лех Качиньский посмертно наградил Тарашкевича Большим крестом Ордена Возрождения Польши «за выдающиеся заслуги в борьбе за независимость Польши».

Апрель 1946 года. Банда Юзефа Кураша у деревни Ваксмунд Малопольского воеводства убила семерых еврейских детей, выкраденных из санатория (фамилии жертв известны польским историкам). Через месяц у деревни Крошченки банда напала на солдат АК, нанятых евреями для охраны по пути в Чехословакию, чтобы выехать в Палестину. Люди Кураша уничтожили аковцев, затем расстреляли безоружных евреев.

Последний факт подтверждается Польским институтом национальной памяти – государственным учреждением, отвечающим за пропаганду культа «отверженных». В 2006 году в Закопане, где Кураш скрывался от милиции, ему открыли памятник, несмотря на протесты Общества евреев-ветеранов и пострадавших во Второй мировой войне.

Был случай, когда «отверженные» закидали гранатами землянку в лесу, в которой прятались более тридцати евреев-военнослужащих Армии Людовой, бежавших из немецкого плена.

Численность евреев, казнённых членами антикоммунистического подполья, польские историки оценивают в 800-1000 человек. Д-р Грабский подчёркивает, что их было бы намного больше, если бы евреи не записывались в силовые структуры Польской Народной Республики, чтобы получить доступ к оружию (Корпус внутренней безопасности, Добровольный резерв гражданской милиции и др.). Из живших в Польше на начало сентября 1939 года 3,3 млн евреев во время войны погибло 2,8 млн, то есть 85 %.

Террор в отношении евреев провоцировал их эмиграцию из Польши и исход из деревень в крупные города, куда «отверженные» заходить не осмеливались. Однако иногда убийства случались и в городах. Так, в Варшаве в самый разгар Варшавского восстания в 1944 году в подвалах домов по ул. Простей, 4 и Твардей, 30 обнаружили 14 еврейских тел, в т. ч. детей и женщин. Их казнила банда Вацлава Стыковского (АК).

Фото Стыковского висит сегодня на официальной странице выставки, посвящённой героям Варшавского восстания. О его расправе над женщинами и детьми в подписи к фотографии не сказано ни слова.

Антисемитизма в Троебалтике нет (с)

Литовские приспешники гитлеровцев убивали евреев не только в Литве, но и в Белоруссии, на Украине, в РСФСР

Парламентская комиссия Сейма Литвы по исторической памяти подготовила и зарегистрировала законопроект, которым официально будет установлено, что Литва «не участвовала в Холокосте в июне 1941 – июле 1944 годов». По словам председателя комиссии Арунаса Гумуляускаса, Литва не может смотреть на холокост, как в Западной Европе, ибо «пережила две оккупации – советскую и нацистскую», а литовский народ «был порабощён».

При этом Гумуляускас знает, что литовское правосудие покрывает палачей-мясников и зоологических садистов. За 30 лет независимости один только Альгимантас Дайлиде, сотрудник полиции безопасности, убийца евреев и польских подпольщиков, предстал перед Фемидой в 2008 году. Суд признал его виновным, но решил, что по состоянию здоровья обвиняемый не сможет отбыть наказание в тюрьме, а опасности обществу он не представляет. Палач-антисемит умер на воле.

Что касается других литовских военных преступников, им в Литве ставят памятники, как капитану сметоновской армии Юозасу Крикштапонису, замаравшему руки еврейской и русской кровью и в Литве, и в соседней Белоруссии. Именами преступников называют гимназии, как назвали её в городе Шяуляй в честь майора Йонаса Норейки, приложившего руку к «окончательному решению» еврейского вопроса. В центре Вильнюса есть аллея, носящая имя Казиса Шкирпы, организатора массовых еврейских погромов и концентрационных лагерей.

Будни решения еврейского вопроса.

Будни решения еврейского вопроса. Фото: sebsum-club.pro

Подобных примеров множество. Коренной житель Каунаса Сергей Резник, руководитель Ассоциации российских граждан, постоянно проживающих в Литве, утверждает, что литовский сегмент холокоста растянулся на десятилетия: «И спустя десять лет после войны бандиты из числа так называемых лесных братьев продолжали физически уничтожать не только евреев, но и литовцев, спасавших евреев от расстрелов. И сегодня никого не удивишь окровавленными свиными головами на порогах синагог, антисемитскими лозунгами Juden raus, призывами жечь евреев в печах. Официальные власти на подобные факты реагируют только на словах».

Сергей Резник, председатель Ассоциации российских граждан, постоянно проживающих в Литве.

Сергей Резник, председатель Ассоциации российских граждан, постоянно проживающих в Литве. Фото: baltnews.lt

Литовские антифашисты, в частности Гедрюс Грабаускас, считают, что законопроект Гумуляускаса – это попытка переписать позорную страницу истории. Вот факты: республика потеряла около 95% своих граждан еврейской национальности. Во время немецкой оккупации созданные из литовских антисемитов полицейские батальоны и местное население были причастны к убийству более 90% истреблённых евреев. Холокост в Литве имел самые большие масштабы в Восточной Европе; кроме этого, литовцы оставили кровавые следы в белорусских еврейских местечках, на Украине, в Псковской, Новгородской, Ленинградской, Воронежской, Сталинградской областях Советского Союза.

Новость о законотворческой инициативе Гумуляускаса не оставила общественность равнодушной. «Это прямое оскорбление сотен тысяч литовских евреев, убийствам которых способствовали и подстрекали литовские политические и военные лидеры, а также местное литовское население», – заявил президент Совета раввинов Европы, главный раввин Пинхас Гольдшмидт.

Однако в самой Литве эти слова поддержки не нашли, если не считать вялой реакции актива еврейской общины и возмущения антифашистов, которых не допускают к ведущим СМИ. Историк Валерий Иванов говорит: «Холокост – тема официально табуированная. О нём в Литве говорят только по случаю траурных дат. Например, 23 сентября 2019 года, в годовщину поголовного расстрела узников вильнюсского гетто, президент Гитанас Науседа признал, что еврейская община республики была уничтожена во время холокоста не только из-за того, что чужаки запустили машину уничтожения, но из-за выбора своих же сограждан. Так ловко стичрайтеры завуалировали главную историческую правду: свои стреляли в своих, соседи убивали соседей, одноклассники – одноклассников. Общество встретило исповедь главы государства гробовой тишиной».

Книга «Свои»

На этом фоне громом стало появление книги «Свои» (1). Её автор Рута Ванагайте (книга написана при участии известного охотника за нацистами Эфраима Зуроффа) была объявлена «Иудой из Кремля, отрабатывающей очернением Литвы 30 русских сребреников». Депутаты парламента Аудронюс Ажубалис и Лауринас Касчюнас в компании с другими националистами уже несколько лет пытаются отвлечь внимание общества от раскрываемых в книге преступлениях. Например, о том, что литовцы начали массовые убийства евреев ещё до прихода немецких войск; пример – расправы над жителями приграничных с Восточной Пруссией районов, погромы в предместьях Каунаса и Шауляя.

Лауринас Касчюнас, антисемит из Сейма Литвы. Фото: lt.sputniknews.ru

Смелая женщина, собравшая в книге тысячи фактов об участии литовцев в холокосте, написала правду: «Большинство людей Литвы действительно не знают, и, вероятно, не хотят знать: евреев убивали вовсе не отбросы общества. В евреев стреляли тысячи наших, обычные люди. Не из садизма, отнюдь! Просто, когда летом 1941 года пришли немцы, они восстановили все структуры администрации независимой Литвы – полицию, батальоны самообороны и так далее. Главной задачей администрации определили решение еврейского вопроса».

Вопреки тому, что твердит депутат Гумуляускас, не «отдельные представители участвовали в холокосте, а литовское государство». Для подтверждения этого факта не нужны никакие суды. Тем не менее Ванагайте два года подвергалась в Литве травле и была вынуждена покинуть республику. Весь тираж книги издательство Alma littera изъяло из магазинов и библиотек. Предотвратить расправу над женщиной не помогло и заступничество Европейского еврейского конгресса. Глава иерусалимского отделения Центра Симона Визенталя Эфраим Зурофф в очередной раз громко заявил, что литовские власти не говорят людям правды об истории своей страны, в частности о холокосте.

Литовские фальсификаторы выдавили Руту Ванагайте с родины, но её личная борьба продолжается, как продолжается и травля смелой женщины. Парламентарий Касчюнас 18 марта выступил против финансирования литовским Фондом доброй воли новой книги Ванагайте «Как это случилось?» (Kaip tai įvyko?), которую она пишет в соавторстве с немецким историком Кристофом Дикманом: «Ложь в таких деликатных темах, как холокост или советская оккупация, особенно пагубна для нашей страны. Поэтому мы не должны допускать её распространения, а тем более финансировать проекты, которые потенциально могут способствовать производству и распространению такой лжи», – заявил Касчюнас.

Коллеги-парламентарии его понимают: у четверти действующих депутатов Сейма Литвы родственники причастны к холокосту. А Рута Ванагайте во время презентации в Вильнюсе в 2017 году книги «Свои» сказала: «Нельзя говорить, что все литовцы – убийцы. Однако можно сказать, что все литовцы, за небольшим исключением, в той или иной мере причастны к холокосту».

заглавное фото: Рута Ванагайте

1) Rūta Vanagaitė, Efraim Zuroff. Mūsiškiai. Vilnius: Alma littera, 2016 (Русский перевод: Рута Ванагайте, Эфраим Зурофф. Свои. Путешествие с врагом. Перевод с литовского Алекандра Василькова. М.: Издательство АСТ, 2018).

ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ РЕШЕНИЕ. Русские создали вакцину против евреев ещё в 19 веке.